А.Усов

 

Главная страница

Начало

 

                       6.Теория вменения Визера

                                                                                                                                                                                                                                                               

   На действительную ограниченность теории Сэя мы натолкнемся тотчас же

как только попытаемся ее развить. Эту задачу пытается решить Визер.

Последний признает относительную самостоятельность и производительность

трех факторов производства и ставит перед собой задачу выяснить долю

участия каждого из факторов производства (труда, земли и капитала) в

произведенном продукте, т.е. выяснить какую часть продукта произвел

каждый из названных факторов, какую часть можно "вменить" ему. Однако,

Визер понимает, что непосредственно установить этого нельзя. Поэтому он

предлагает обходные, косвенные пути решения этого вопроса. А именно:

поскольку труд и капитал можно соединять в различных комбинациях и

сопоставлять получающиеся результаты, то таким способом можно выявить

удельный вес каждого из названных факторов в производстве. Допустим,

например, что при соединении X труда с Y капитала количество

производимого продукта равняется 40, а при соединении 2X труда с Y

капитала количество произведенного продукта увеличивается до 60. Отсюда

получаем систему уравнений:

                                                                                                                                                                                                                                                               

                             X + Y = 40

                            2X + Y = 60

                                                                                                                                                                                                                                                               

   Решив эту систему получаем, что X = 20 и Y = 20. Таков подход Визера

к решению проблемы.

  Как было бы легко и просто жить, если бы проблему труда и капитала

можно было решить только что описанным методом Визера! Но, увы, таким

способом указанную проблему решить нельзя.

  В чем состоит порочность подхода Визера? Прежде всего в том, что он

игнорирует самое главное - ХАРАКТЕР отношения между трудом и капиталом.

Производительность капитала без труда = 0, производительность труда без

капитала, можно считать, так же = 0. Следовательно, не существует

производительности труда, отдельно от капитала и производительности

капитала отдельно от труда. Каждый из этих факторов в отдельности есть

нечто КАЧЕСТВЕННО иное, чем то, что они есть в сочетании друг с другом.

Собственно говоря само понятие ФАКТОРА производства, взятого отдельно

от других факторов есть фикция, нечто вроде дырки от бублика без

бублика. Следовательно процесс производства вовсе не есть КОМБИНАЦИЯ из

факторов производства, последние утрачивают в указанном процессе свою

не только экономическую, но и технологическую, физическую

самостоятельность. Одним словом отношение между трудом и капиталом

имеет не количественный, но КАЧЕСТВЕННЫЙ характер, это означает, как

уже отмечалось где-то выше, что оно в принципе не может быть выражено

количественным соотношением. Это означает, в свою очередь, следующее.

Во-первых, если изменяется количество какого - либо фактора, то это не

означает, что пропорционально или в каком либо соответствии с этим

изменением изменяется и "доля", продукта, вменяемая данному фактору.

Если, например, количество рабочих рук увеличится вдвое, то отсюда не

следует, что доля продукта, приходящегося на труд также увеличится

вдвое и станет равной 2X, а что доля капитала останется равной Y. В

общем случае последняя так же изменится. Вообще, любые количественные

изменения факторов производства НЕ ОПРЕДЕЛЯЮТ параметров процесса

производства и его результата. Следовательно, всякий раз, когда мы

изменяем количество того или иного фактора производства, мы, в общем

случае, получаем СОВСЕМ ДРУГУЮ производственную ситуацию, количественно

не выводимую из предыдущей. Поэтому, если при сочетании определенного

количество труда и определенного количества капитала мы получаем 40 ед.

продукта, причем X из них приходится на долю труда, а оставшиеся Y - на

долю капитала (как это предположено во взятом выше примере), то при

увеличении количества труда в 2 раза, мы не имеем никаких оснований

утверждать, что доля продукта, вменяемая труду, также увеличится в 2

раза, а доля, вменяемая капиталу останется неизменной. Та и другая

величины являются неизвестными и между ними и X и Y нет никакой

однозначной количественной связи. Поэтому второе уравнение в системе

будет выглядеть не как 2X + Y = 60, но как Z + W = 60. Таким образом,

получаем систему уравнений:

                                                                                                                                                                                                                                                               

                          X + Y = 40

                          Z + W = 60,

                                                                                                                                                                                                                                                               

которую, очевидно, нельзя решить, поскольку количество неизвестных в

ней превышает количество уравнений. И сколько бы мы не перебирали

других комбинаций между трудом и капиталом, каждый раз мы будем

получать новые уравнения с новыми неизвестными и поэтому никогда не

получим разрешимую систему уравнений.(*3)

  Более того, следует задуматься над тем в чем смысл арифметических

действий, сложения например, в указанных только что уравнениях? Мы не

находим ни одной, представляющей экономический интерес, характеристики,

общей как для труда, так и для капитала, которую можно бы было выразить

количественно и тем самым использовать для количественного анализа

отношения между трудом и капиталом (что и пытается сделать Визер). Что

с чем мы здесь должны (можем) складывать, (умножать, делить, вычитать и

т.д.)? Есть правда одна общая характеристика - стоимость: как труд, так

и капитал чего-то стоят, и эти их стоимости можно сложить. Но стоимости

труда и капитала никак не отражают того реального отношения в котором

эти факторы находятся друг к другу в процессе производства, а только

лишь об этом отношении идет сейчас речь. Труд и капитал (средства

производства) - это не только качественно разные вещи, но в процессе

производства - это две противоположности. Поэтому мы не только не можем

сказать как изменится результат производства, если изменился один из

его факторов, но и сами факторы, как уже отмечалось, мы не можем

рассматривать как вещи сопоставимые друг с другом, количественно

соизмеримые. Это подводит нас к следующему выводу, именно, комбинируя

производственные факторы, мы не только никогда не сможем получить

разрешимую систему уравнений, но вообще не имеем оснований для

составления хотя бы одного уравнения; мы не имеем права СКЛАДЫВАТЬ

факторы производства в стоимостной, натуральной или иной форме (и в том

смысле в каком это пытается сделать Визер), не можем рассматривать

производительность производственного процесса как сумму (или как

результат любой другой арифметической операции) производительностей

факторов, а произведенный продукт - как сумму его частей, вменяемых

факторам производства. Короче говоря, мы не можем складывать труд и

капитал подобно тому как не можем складывать дырку от бублика и бублик,

а результат рассматривать как сумму того и другого. Таким образом, те

принципы - арифметического сложения и механического комбинирования - на

которых Визер строит свою теорию, в случае с трудом и капиталом

объективно неприменимы, отношение между последними невыразимо при

помощи этих принципов, выходит за их рамки. Теория ВМЕНЕНИЯ Визера,

следовательно, страдает одним, но существенным пороком: не существует

объективных экономических оснований, позволяющих ВМЕНЯТЬ ту или иную

часть продукта тому или иному фактору. Трудность не в том, что трудно

или невозможно вычислить производительность каждого из факторов в

отдельности и его удельный вклад в производство. Порочен САМ ПОДХОД,

рассматривающий производительность как комбинацию производительностей

факторов, а произведенный продукт - как сумму частей продукта,

произведенных факторами производства, участвующими в процессе

производства этого продукта.

   Но подойдем к вопросу с другой стороны. Предположим, что все, что мы

говорили до сих пор - неверно. Допустим, что существует метод,

позволяющий установить с идеальной точностью долю труда и долю капитала

в произведенном продукте. Предположим, что произведено 100 ед. продукта

из них 30 следует отнести на долю труда, а оставшиеся 70 - на долю

капитала. Немедленно возникает вопрос что значит: доля продукта,

вменяемая труду? Означает ли это, что эта доля может быть произведена

трудом без участия капитала? Если нет, - а то, что нет - это очевидно,

- то получается очень странная ситуация: доля продукта, вменяемая труду

не может быть произведена последним без участия капитала, следовательно

в производстве этой доли принимает участие ТАК ЖЕ И КАПИТАЛ,

следовательно, эта доля должна быть вменена не только труду, но и

КАПИТАЛУ. Следовательно, каким бы способом эта доля не высчитывалась,

она, как доля ТРУДА, заведомо есть чистейшая фикция и мы приходим - с

иной стороны - к принципиальной невозможности вменить какую бы то ни

было часть продукта какому бы то ни было фактору производства, т.е. к

тому, о чем уже говорилось выше. Если же ДА, т.е. если долю которая

вменяется труду последний может произвести без участия капитала, то

ситуация получается еще более странной и интересной. Предположим, что

труд как таковой производит X продукта, а труд, вооруженный орудиями

труда и средствами производства производит X + dX продукта, т.е.

благодаря капиталу количество производимого продукта увеличивается на

dX. Здесь, если стоять на точке зрения Визера, мы имеем радикальное

решение проблемы: X продукта мы должны вменить труду, а dX - капиталу.

Но если рабочему в качестве заработной платы будет предложено лишь X

продукта, то для него не будет никакого смысла "связываться" с

капиталом. Если он может голыми руками произвести X продукта, то какой,

в самом деле, ему смысл искать капиталиста, вступать с ним в какие-то

сомнительные сделки, производить с помощью капитала X + dX продукта,

делить этот продукт и в результате получить те же самые X продукта? Все

"передряги" капиталистического производства явно теряют смысл.

Очевидно, что при таком разделе продукта, когда X переходит к рабочему,

а dX - капиталисту, никакие отношения между ними, т.е.

капиталистическое производство, заведомо невозможно. Для того, чтоб

труд соединился с капиталом необходима заинтересованность обоих сторон,

следовательно рабочему должно быть выплачено в виде заработной платы не

X продукта, но X плюс какая-то часть dX продукта. Более того, если

попытаться вникнуть в суть дела и отбросить все затемняющие ее

элементы, то окажется, что мы вообще должны мысленно отбросить X

продукта ибо эта величина производится трудом без участия капитала,

следовательно, существует ЗА рамками отношений рабочего и капиталиста.

Следовательно, если вернуться к проблеме вменения, речь идет не о том,

чтоб разделить произведенный продукт отделив X от dX, но о том, чтоб

РАЗДЕЛИТЬ САМО ЭТО dX, т.е. именно ту часть продукта, на которую, с

технической точки зрения, рабочий заведомо претендовать не может. Но на

нее не может претендовать так же и капиталист, ибо она получена за счет

роста производительности труда, как результат применения орудий труда,

т.е. за счет "дармового" использования сил природы. Кроме того, и к

капиталу вполне приложимо все то, что только что было сказано о труде,

т.е., поскольку капитал не может независимо от труда произвести свою

часть продукта, постольку, та часть которая фактически достается ему

произведена также и трудом, следовательно, содержит в себе долю труда.

Таким образом, перед нами ставится задача отделить долю труда в

произведенном продукте от доли капитала и, вместе с тем, согласно

условиям задачи, труд претендует на долю капитала и фактически получает

ее часть, а капитал претендует на долю труда и также фактически

получает часть этой доли. Более того, оказывается что это противоречие

является необходимым условием существования капиталистических

отношений. Таким образом, противоречие, сосредоточием которого

оказывается продукт, произведенный трудом и капиталом и подлежащий

распределению между ними, не есть некое случайное, поверхностное

противоречие, некое препятствие, которое можно или, ко всеобщей досаде,

невозможно обойти; оно (это противоречие) составляет самую суть

проблемы. Получается так, что труд всегда претендует на ту долю

продукта, которая, как будто бы заведомо принадлежит капиталу, а

капитал, в свою очередь, претендует на ту часть, которая как будто бы

заведомо принадлежит труду. Но в обоих случаях речь идет об одной и той

же части продукта! Проблема эта очевидно не только неразрешима никакими

традиционными способами, но она, словно птица Феникс, перманентно

воспроизводит самое себя.

  Из сказанного мы приходим к важнейшим выводам. Попытаемся наметить

их. Первое: распределение прибавочного продукта не есть вопрос техники

или технологии и заведомо не разрешим с этой точки зрения. Другой вывод

состоит в следующем: как бы ни был распределен прибавочный продукт

между рабочим и капиталистом, любые способы его распределения одинаково

справедливы. НЕ СУЩЕСТВУЕТ ОБЪЕКТИВНЫХ СПОСОБОВ ЕГО РАСПРЕДЕЛЕНИЯ. Мы

не можем сказать: это по праву принадлежит рабочему, а это -

капиталисту. Любая часть продукта, принадлежащая рабочему, может с

равным основанием принадлежать и капиталисту, и наоборот. Основанием

для любого способа распределения могут быть только СУБЪЕКТИВНЫЕ

отношения агентов производства; мы здесь, таким образом, выходим за

рамки объективных экономических отношений; в сущности перед нами стоит

уже НЕ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ проблема. Мы вступаем в сферу СУБЪЕКТИВНЫХ

отношений, в сферу СВОБОДЫ и ПРАВА. Эти выводы нам еще предстоит

развивать в дальнейшем.

                                                                                                                                                                                                                                                               

                                                                                                                                                                                                                                                               

                           7.Теория Кларка

                                                                                                                                                                                                                                                               

                                                                                                                                                                                                                                                               

   Ухудшенным и казуистически усложненным вариантом теории вменения

Визера является теория распределения Кларка.

   Эта теория основывается на представлении о конечной

производительности средств производства (закон понижающейся

производительности). Лучше всего эта идея иллюстрируется на примере

производительности земли. Первые вложения труда и капитала в землю

дают, как правило, высокую отдачу. Каждое последующее вложение труда и

капитала оказывается менее эффективным и наконец достигается момент,

когда весь производительный потенциал земли оказывается реализованным и

дальнейшие вложения труда и капитала становятся бессмысленными. Таким

образом, если дано известное количество земли известного качества, то

это количество земли может вместить в себя только вполне определенное

количество труда и капитала, и с помощью этой земли может быть

произведено определенное, конечное количество продукта. Причем, каждые

последующие единицы труда и капитала, прилагаемые к данному количеству

земли, менее производительны, чем предыдущие. Суть этого "закона", -

получившего название "закона убывающей производительности", - сводится,

следовательно, просто к тому, что любой фактор производства, в отличие

от волшебной палочки, обладает конечной, а не бесконечной

производительностью и что поэтому он может быть соединен только со

вполне определенным количеством другого производственного фактора.

Если, например, дано столько-то средств производства, то с их помощью

можно занять только определенное количество труда, и наоборот. На этой

идее и построена теория Кларка.

   Представим себе капиталиста, располагающего определенным количеством

капитала (средств производства). Рассмотрим процесс найма рабочей силы

этим капиталистом. Производительность первого нанятого рабочего будет

наивысшей, производительность второго, в силу закона понижающейся

производительности, - ниже, производительность третьего - еще ниже и т.

д. (см рис.1). Наконец, производительность последнего, предельного

рабочего будет наименьшей. Спрашивается, на каком уровне установится

заработная плата этих рабочих? Прежде всего ясно, что она должна быть

одинаковой для всех, поскольку интенсивность труда всех рабочих

одинакова (производительность труда падает за счет падения

производительности капитала). Кларк утверждает, что заработная плата

будет равна всему продукту, производимому предельным рабочим, т.е.

определяется производительностью последнего. Почему так? Заработная

плата, отвечает Кларк, на может подняться выше производительности

предельного рабочего, иначе нанимать последнего капиталисту будет не

выгодно и предельным рабочим станет не n-ый рабочий, а n-1, т.е.

предыдущий рабочий. Кроме того, если первый рабочий, имея в виду

высокую производительность своего труда, станет претендовать на более

высокую заработную плату, то он будет заменен последним рабочим, т.е.

здесь "работает" конкуренция между рабочими и если предельный рабочий

принимает условия капиталиста, то и все остальные вынуждены сделать

тоже самое. Таким образом, рабочие получают весь произведенный ими

продукт. Правда, все рабочие, кроме последнего производят больше

продукта, чем им выплачивается, но поскольку интенсивность их труда

равна интенсивности труда предельного рабочего, то отпадают все

основания для утверждения, что этот излишек производится именно ими, т.

е. рабочими, а не капиталом. Напротив, мы прямо должны утверждать, что

этот излишек произведен капиталом и потому должен перейти в

собственность капиталиста. Таким образом, часть продукта, расположенная

выше прямой ОА представляет собой прибыль капиталиста, оставшаяся часть

продукта (ниже ОА) - заработная плата рабочих. Таким образом,

эксплуатации, утверждает Кларк, нет места: каждый получает то,что он

произвел.

                                                                                                                                                                                                                                                               

                                                                                                                                                                                                                                                               

   P |                                            Рис.1

     |      В

     |

     |                                      P - производительность

     |                                            труда n рабочих;

     |                                      N - количество нанятых

     |                                                    рабочих;

     |     прибыль                           Количество капитала =

     |                                       = CONST

   О |--------------------------|-А------

     |     заработная           |

     |       плата              |

     |                          |

     |__________________________|__________

        1   2   3   4           n       N

                                                                                                                                                                                                                                                               

                                                                                                                                                                                                                                                               

   Наиболее распространенным, но и наиболее легковесным возражением

против этой теории является следующее:

                                                                                                                                                                                                                                                               

   "Кларк... конструирует процесс производства по аналогии с процессом

потребления... Но такое представление совершенно неправильно.

Количество рабочих, требующихся для наилучшего использования имеющихся

средств производства, определяется техническими условиями средств

производства... Самое понятие предельной производительности не имеет в

данном случае никакого смысла. (3.546)"

                                                                                                                                                                                                                                                               

   Это возражение допускает принципиальную и очень распространенную

ошибку: оно пытается навязать критикуемой теории то представление, от

которого та сознательно абстрагируется. Разумеется количество рабочих

определяется техническими условиями и технологией производства. Данный

станок, например, может занять только 2 рабочих, причем третий не нужен

вообще, а одного абсолютно недостаточно. Следовательно, капиталист

должен нанять именно 2 рабочих, а не одного и не трех. Следовательно

как количество рабочих, так и количество капитала не может непрерывно

изменяться. Тем не менее мы ДОЛЖНЫ допустить это, в качестве

идеализации. Мы должны абстрагироваться от всех усложнений, возникающих

на практике и решить вопрос в предельно простом случае. Насколько это

абстрагирование искажает действительное положение дел, насколько его

результаты применимы к последнему - это другой вопрос. Для начала мы

должны установить решает ли Кларк проблему ХОТЯ БЫ В ТЕХ ПРЕДЕЛАХ,

которые сам себе ставит.

   Итак, мы  становимся  на  точку  зрения  Кларка  и принимаем все его

посылки.

   Первое, что мы должны отметить - это то, что его теория не

определяет уровня заработной платы как такового. Заработная плата

определяется производительностью предельного рабочего, но какова эта

производительность? Это зависит от количества нанятых рабочих. Больше

нанято рабочих, - ниже производительность, ниже заработная плата и, в

пределе, она стремится к нулю. Таким образом, график Кларка показывает

нам как изменяется заработная плата в зависимости от количества

рабочих, но не дает нам никакого представления о том, на каком уровне

она устанавливается. Либо дан уровень заработной платы, - и тогда с

помощью теории Кларка мы можем определить количество рабочих, которые

будут наняты при этом уровне; либо нам должно быть дано количество

нанятых рабочих и тогда мы сможем определить каковой будет их

заработная плата. Кларк сам это ясно осознает. Он предполагает, что

количество нанятых рабочих ДАНО, а из этого условия автоматически

следует на каком уровне установится заработная плата. Но все содержание

теории Кларка в таком случае сводится лишь к тому, что она графически

иллюстрирует нам действие механизма, связывающего величину заработной

платы и количество нанятых рабочих; при этом сама эта связь фактически

оказывается предельно тривиальной и давно всем известной: чем больше

предложение труда на рынке, тем ниже, при прочих равных условиях,

заработная плата. Оригинальное содержание теории Кларка оказывается

столь ничтожным, что трудно даже сказать в чем оно, собственно,

состоит.

   Второе. Могут заметить, что основной целью Кларка является

установить отсутствие эксплуатации, т.е. показать, что рабочие получают

весь произведенный ими продукт. Это, как будто бы так. Над обществом,

указывает Кларк, тяготеет обвинение в том, что оно "эксплуатирует

труд".

                                                                                                                                                                                                                                                               

"Если бы это было доказано, - продолжает он, - всякий здравомыслящий

человек стал бы социалистом и его стремление переделать систему

производства было бы мерилом и выражением его чувства справедливости...

Принцип справедливости:... "каждому то, что им создано." ( 48 0.1.230)

                                                                                                                                                                                                                                                               

   Но Кларк, тем не менее признает, что его теория не дает

действительного решения проблемы. Так же, как и теория Визера, она не

позволяет отделить долю труда в произведенном продукте от доли

капитала; предлагаемое ею решение является мнимым. Тем не менее

посмотрим, как Кларк решает эту часть своей задачи.

   В этой связи сразу же обращает на себя внимание отношение между

предельным рабочим и капиталистом. Если предельный рабочий получает

весь, произведенный им продукт, то это означает, что он по сути

оказывается собственником предельного средства производства, т.е. той

части капитала, которая приходится на его "долю". Станки, машины,

механизмы нельзя потребить, нельзя использовать как-то иначе, чем для

производственных целей. Это означает, что собственность на средства

производства имеет смысл и практически реализуется только в том случае,

если собственник получает некоторую часть продукта, произведенного при

помощи этих средств производства. И наоборот, тот является

действительным собственником средств производства, кто фактически

получает эту долю продукта. Поэтому предельный рабочий, получающий весь

произведенный им продукт, а, следовательно, и ту его часть, какова бы

она ни была, которую следовало бы вменить капиталу, в силу этого

обстоятельства оказывается фактически собственником предельной единицы

капитала, а, значит, перестает быть наемным рабочим. Фактическое его

положение таково. Правда, капиталист остается юридическим

собственником, но это его формальное право недействительно, не

соответствует фактическому положению дел, а потому является фикцией.

Капиталист, таким образом оказывается в роли постороннего лица: кроме

некоторых юридических формальностей его ничто не связывает ни с

предельным рабочим, ни с предельной единицей капитала. Таким образом,

что же мы имеем? Предельный рабочий действительно не эксплуатируется,

но потому, что на деле вообще не является наемным рабочим, капиталист

не получает никакой прибыли, не присваивает ничьего труда, но лишь

потому, что по отношению к предельному рабочему вообще не является

капиталистом. Проблема эксплуатации отсутствует, но не потому, что она

решена, но потому, что нет условий для ее возникновения. Кларк не

выясняет сущности отношений между рабочим и капиталистом, он лишь

конструирует ситуацию, в которой эти отношения не существуют вовсе. Он,

таким образом, УПРАЗДНЯЕТ вопрос, уходит от него, но НЕ РЕШАЕТ.

Благодаря этому его теория приобретает одно прямо-таки милое свойство:

каким бы ни был уровень заработной платы, предельный рабочий все равно

остается собственником предельного средства производства,

следовательно, при любом уровне заработной платы не может быть речи об

эксплуатации. Уже один тот факт, что рабочий вступает с капиталистом в

какие-то экономические отношения делает его (рабочего) ПРИЧАСТНЫМ, как

сказал бы Платон, капиталу, рабочий сам становится "немножко

капиталистом" и потому даже если его заработная плата упадет до нуля и

он умрет с голоду, это не будет противоречить принципам справедливости

и не будет свидетельствовать об эксплуатации рабочего. Нельзя не

признать, что это свойство теории Кларка с точки зрения капиталиста

трудно переоценить.

   Но почему, мы должны спросить, почему капиталист отказывается от

своей доли в продукте предельного рабочего (предельном продукте)? Из

тактических соображений? С целью разжечь конкуренцию между рабочими?

Подобная тактика действительно может иметь и часто имеет место.

Капиталист, желая ослабить позиции рабочих или просто из

филантропических побуждений может не только выплатить предельному

рабочему весь произведенный им продукт, но даже и переплатить ему.

Бывают даже капиталисты, содержащие за свой счет коммунистические

партии. Но, очевидно, что все эти обстоятельства более или менее

случайны. Целью деятельности капиталиста, смыслом его существования

является получение прибыли. Капитал (средства производства) является

средством достижения этой цели. Любая часть капитала интересует

капиталиста именно с этой точки зрения и поэтому никакая его (капитала)

часть ничем не лучше и не хуже любой другой части. По отношению к любой

части капитала капиталист должен оставаться капиталистом. Поэтому он

должен стремиться извлечь прибыль также и из предельной единицы

капитала. Но Кларк говорит:

                                                                                                                                                                                                                                                               

   "Примете ли вы меня в ваше дело, если я являюсь безработным

конторщиком? Да, если я в состоянии производить для вас хотя бы немного

более того, что вы мне платите; нет, если я могу производить менее

того. Вы можете принять меня или не принять, если я в состоянии

увеличить ваше производство как раз настолько, сколько я запрашивая за

свой труд. Мой труд будет находиться тогда в пределах экономического

безразличия и ваш поступок может определиться человеколюбием или

другими мотивами. Если я у вас работаю, уволите ли вы меня? Вероятно,

нет, до тех пор, пока увеличение доходов вашего дела, получающееся в

результате моего труда, не достигнет получаемого мною заработка. Если

вы приняли меня в ваше дело во время необычайного процветания, вы,

несомненно, получили в это время небольшую выгоду от моего труда; и

этого было достаточно для преодоления инерции, препятствующей

расширению занятой рабочей силы. С другой стороны, поскольку вы меня

уже зачислили вашим служащим, инерция будет влиять в мою пользу, и вы

будете держать меня до тех пор, пока мое присутствие не вызовет убытка,

достаточно значительного, чтобы вы предприняли этот шаг и уволили

меня." ( 48 0.1.366-367)

                                                                                                                                                                                                                                                               

   Кларк предлагает нам совсем не ту ситуацию, которая следует из его

теории. Если величина заработной платы дана, если отдача от предельного

работника равна выплачиваемой ему заработной плате, то в этом случае,

действительно, капиталисту безразлично нанять его или нет и он

(предельный работник), будучи нанятым, получит весь продукт своего

труда. Но так происходит дело в действительности, где не существует

никаких предельных рабочих и предельных продуктов. В системе Кларка

предельный рабочий играет совсем иную, исключительную роль. ЕГО

заработная плата определяет заработную плату ВСЕХ ОСТАЛЬНЫХ рабочих.

Ситуация такова, что каждый последующий рабочий соглашается на меньшую

заработную плату, чем предыдущий и тем самым создает конкуренцию

последнему, исключает его из игры. Но предельный рабочий является САМЫМ

ПОСЛЕДНИМ рабочим. Поэтому вся борьба рабочих с капиталистом

сосредоточивается на предельном рабочем. Из всего этого следует вывод,

что капиталистические отношения между рабочим и капиталистом не только

не исчезают во взаимоотношениях последнего с предельным рабочим, как в

этом пытается убедить нас Кларк, но напротив, как раз здесь-то они

предельно обостряются.

   Но если уровень заработной платы предельного рабочего зависит от

исхода его борьбы с капиталистом, то сам по себе он оказывается чем-то

НЕОПРЕДЕЛЕННЫМ. Это значит, что точка пересечения кривой ВА с прямой ОА

(см.рис.1) еще не определяет этого уровня, последний может отклониться

как вверх, так и вниз от этой точки. Но в результате этого отклонения

противоречия между капиталистом и рабочим тем самым не исчерпываются:

капиталист остается капиталистом, рабочий - рабочим; они по прежнему

противостоят друг другу, никаким качественным изменениям в их

отношениях, очевидно, неоткуда взяться. Отсюда следует, что этот новый

уровень заработной платы будет таким же неустойчивым, как и предыдущий.

Следовательно, достигнув этого уровня заработная плата вновь может

отклониться дальше вверх или дальше вниз. На кривой ВА НЕ СУЩЕСТВУЕТ

ТОЧКИ, к которой объективно бы тяготел уровень заработной платы. Ни

производительность труда, ни производительность капитала ничего не

определяют. Заработная плата может установится в принципе на любом

уровне, начиная от нуля и кончая некоторым максимальным уровнем,

значение которого, умноженное на количество нанятых рабочих даст нам

ВЕСЬ, произведенный продукт.

    Последний вывод и является третьим возражением Кларку. В его

правильности нетрудно убедится и из соображений иного рода. Мы имеем

две противостоящих друг другу силы: с одной стороны, рабочие, с другой

- капиталист. Рабочие претендуют в тенденции на ВЕСЬ произведенный

продукт ибо, по их представлению, он весь произведен их руками. Прибыль

капиталиста с их точки зрения есть то, что вполне бы могло принадлежать

им самим. С другой стороны, с точки зрения капиталиста заработная плата

есть затрата, убыток, который желательно свести к минимуму, т.е. для

него идеальным вариантом было бы вообще ничего не платить рабочим.

Правда, он понимает, что ничего не платить абсолютно невозможно, но

стремиться к уменьшению заработной платы вполне реально. С другой

стороны и рабочие понимают, что заработная плата, равная всему

произведенному продукту - вещь хотя и желательная, но абсолютно

недостижимая. Но НИ ДЛЯ ОДНОЙ ИЗ СТОРОН, ни для рабочих, ни для

капиталиста, ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОСТЬ ПРЕДЕЛЬНОГО РАБОЧЕГО НЕ ЯВЛЯЕТСЯ целью

их устремлений, ни теоретически, ни практически, да и не существует

вовсе. Производительность предельного рабочего ничем не отличается от

производительности любого другого рабочего. Поэтому заработная плата

может установится на ЛЮБОМ уровне между двух пределов, нижний из

которых определяется тем, что абсолютно необходимо для существования

рабочих, верхний - некоторой минимальной прибылью, которая бы

удерживала капиталиста от ликвидации предприятия.

  Если угодно, то можно и согласиться с тем, что капиталист выплачивает

рабочему весь произведенный этим рабочим продукт, что наем или

увольнение предельного рабочего действительно происходят так, как это

описал нам выше Кларк, т.е. что капиталисту безразлично принять его

(указанного рабочего) на работу или не принять. Но почему все это так

происходит или может происходить? Потому, что уровень заработной платы

УЖЕ установился, предприятие УЖЕ функционирует и дает прибыль, между

капиталистом и нанятыми рабочими УЖЕ достигнута договоренность

относительно условий найма и все соответствующие проблемы УЖЕ

разрешены. Короче говоря предельный рабочий "не эксплуатируется" лишь

потому, что его появление на сцене ничего не решает и не определяет,

что он является тогда, когда основные противоречия между трудом и

капиталом УЖЕ разрешены. Предельный рабочий поэтому находится в той

точке экономических отношений, в которой сугубо капиталистические

отношения либо уже завершились, либо еще не начались, таким образом он

вообще пребывает ВНЕ этих отношений, на краю или на пределе их. Таким

образом, предельный рабочий, на котором Кларк сосредоточивает все свое

внимание, - фигура самая несущественная с точки зрения

капиталистического производства и она поэтому решительно ничего не

может дать для понимания сущности последнего. Коренная ошибка Кларка

состоит в том, что он то положение, в котором оказывается предельный

рабочий и которое складывается лишь благодаря тому, что последний

существует за пределами капиталистических отношений, распространяет на

всех рабочих, положение которых совсем иное.

   Таким образом, теория Кларка ровным счетом ничего не доказывает и не

объясняет, но лишь искусственно пытается свести капиталистические

отношения к некапиталистическим, т.е. вместо того, чтоб вскрыть

сущность первых, она извращает ее. Да иначе и быть не могло. Вообще,

странно надеяться, что растянув процесс найма рабочей силы во времени и

выстроив рабочих в затылок в соответствии с производительностью каждого

мы тем самым получим ключ к решению проблему процента. Простая

перефразировка вопроса не может дать ответа на него. Мы, таким образом,

еще раз наталкиваемся на ту характерную особенность всей школы

предельной полезности, состоящую в том, что она дает лишь язык, на

котором можно сформулировать ( да и то не лучшим образом) проблему, но

ничего - для ее решения.

   И еще одно, неприятно поражающее обстоятельство, - это

демагогический характер теории Кларка. Последний вполне сознательно не

пытается раскрыть сущность отношений между рабочим и капиталистом, он

не пытается, как Визер, отделить продукт, вменяемый труду от продукта,

вменяемого капиталу. Вернее сказать, он видит и признает ошибочность

предлагаемого им решения, но благодушно мирится с нею. Следовательно,

он вообще не ставит перед собой НИКАКИХ познавательных целей.

Единственное, чего он достигает, так это того, что посредством ряда

абстрагирований и произвольных допущений создается иллюзия об

абсолютном бескорыстии взаимоотношений рабочего и капиталиста. Эта

теория словно нарочно придумана для того, чтоб озадачить рабочего,

заставить его ломать голову, вместо того, чтоб ломать копья в борьбе с

капиталистом.

   Но несмотря на все выше сказанное теория Кларка нашла своих

продолжателей. Да иначе, как увидим далее, и быть не могло.

   Мы видели выше, что Кларк предполагает количество капитала

неизменным. При неизменном количестве капитала заработная плата падает

по мере роста предложения труда. Но чем определяется само это

предложение труда? На этот вопрос, очевидно, должен быть дан ответ и в

этом направлении теория Кларка должна быть "достроена". Эту задачу

пытается решить Карвер. Решает он ее просто: предложение труда зависит

от уровня жизни рабочих. Но что такое "уровень жизни"? Если мы

признаем, что рабочий не имеет никаких доходов помимо заработной платы,

то заработная плата и становится тем, что определяет уровень жизни

рабочих. Более того, уровень жизни есть, очевидно, ничто иное как

заработная плата, превращенная в средства существования и потребления.

Поэтому с известными оговорками допустимо вообще рассматривать термины

"уровень жизни" и "заработная плата" как синонимы. Таким образом мы

получаем весьма простую связь: предложение труда определяет заработную

плату, но уровень заработной платы определяет предложение труда.

Никакого замкнутого круга здесь нет, вернее он есть только логически, в

действительности ему соответствует ПРОЦЕСС взаимодействия предложения

труда и величины заработной платы. Чем больше заработная плата, тем

больше предложение труда, но чем больше предложение труда, тем меньше

заработная плата. Иначе: при увеличении заработной платы увеличивается

предложение труда, но увеличившееся предложение труда приводит к

падению заработной платы, т.е. возвращает ее на прежний уровень.

Следовательно, заключаем, между этими двумя факторами возможно

устойчивое равновесие. Теоретически и практически оно возможно, но на

каком, конкретно, уровне заработной платы (или предложения труда) оно

установится? Практически это зависит от всякого рода обстоятельств,

соответственно, теоретически могут быть даны различные ответы на этот

вопрос. С одним из них мы уже знакомы - это железный закон заработной

платы. С ростом заработной платы, гласит этот закон, численность

рабочих вследствие усиления рождаемости возрастает, что приводит к

падению заработной платы; последнее, в свою очередь, приводит к

сокращению численности рабочего класса. Таким образом заработная плата

колеблется на уровне, соответствующем физиологическому минимуму

выживания. Эта теория, следовательно, рассматривает рабочих

исключительно как ПРОДУКТ некоторых независящих от них естественных

процессов (экономических, физиологических и проч.) Рабочие,

следовательно, выступают в роли неодушевленных предметов или средств

производства - это мы уже отмечали выше.

  Но возможен и другой подход к проблеме, другое объяснение причин,

определяющих величину заработной платы. Рабочие создают

профессиональный союз и договариваются между собой не давать своего

согласия на заработную плату, которую они считают недостаточным

вознаграждением за свой труд. Это равносильно сокращению предложения

труда, но это сокращение на этот раз вызвано искусственно,

сознательными действиями рабочих. Сокращение предложения труда приводит

к росту заработной платы. Логически связь между предложением труда и

заработной платой остается той же, что и в случае с железным законом: в

обоих случаях в результате сокращения предложения труда возрастает

заработная плата, но смысл и характер протекающих экономических

процессов в том и другом случае различны и даже противоположны. В

первом случае состояние рабочих, их численность, уровень их жизни

определяется их заработной платой, во втором, - заработная плата есть

результат сознательной деятельности рабочих; в первом - рабочий есть

продукт внешних, независящих от него отношений, во втором - эти

отношения есть продукт деятельности рабочего; в последнем случае

рабочий выступает как собственник своей рабочей силы, в первом - он сам

оказывается собственностью капиталистического производства.

   Итак, мы видим, что одна и та же логическая связь между предложением

труда и заработной платой может находить различное теоретическое

выражение. Если же мы примем во внимание такие явления как переход

рабочих из одной отрасли производства в другую, влияние на спрос и

предложение труда колебаний рыночной конъюнктуры, экспорт и импорт и

др., то вопрос усложняется настолько, что адекватное его выражение и

решение в рамках какой-то одной общей теории становится крайне

затруднительным, если не невозможным. Здесь по-видимому открывается

полный простор для различных теоретических подходов и приемов. Однако

общие принципы, на которых должны строиться все эти подходы, вполне

ясны.

   Но мы совсем забыли о Кларке и Карвере. Что-ж, они того заслуживают.

Попытка Карвера завершить теорию Кларка свелась просто к пересказу всем

и давно известных положений. Правда, ему самому кажется, что он

соединил теорию "средств существования" (т.е. связь между предложением

труда и уровнем жизни рабочих) с теорией предельной полезности и тем

самым получил нечто теоретически законченное; он полагает, что теория

"средств существования" вскрывает субъективные факторы, определяющие

предложение труда, а теория предельной полезности исследует объективные

факторы. На деле, однако, это построение весьма тривиально и сводится

лишь к тому, что к известному положению, что предложение рабочей силы

определяется величиной заработной платы добавляется другое положение,

гласящее, что заработная плата представляет собой весь продукт

произведенный рабочим. Однако, если учесть, что Кларку фактически не

удается решить проблему вменения; что сколь бы интенсивно не трудился

рабочий и сколь бы при этом ни была ничтожной его заработная плата

Кларк неизменно твердит нам: "каждому то, что им произведено", не

замечая что эта догма теряет всякий смысл, как только становится

простым оправданием фактически существующего уровня заработной платы;

что любая, даже стремящаяся к нулю заработная плата представляется с

точки зрения Кларка вполне справедливой, - если учесть все это, то

нельзя отрицать, что теория Кларка как теоретически, так и практически

является чистейшей фразой. Итак, вся теория Кларка - Карвера свелась к

простому теоретическому положению, высказанному еще физиократами

("железный закон" заработной платы). Перед нами любопытный случай,

когда в результате критического анализа оказывается, что критикуемая

теория не то что ложна в том или ином отношении, но что никакой теории

вообще нет в наличии; по мере того, как выясняется ее смысл, она

исчезает как таковая и вся суть дела в конце концов оказалась сведенной

к нескольким известным положениям.

   Однако, на этом еще рано ставить точку. Карвер еще анализирует

проблему предложения капитала. Если мы предположим предложение труда

данным и неизменным, то по мере увеличения капитала его

производительность будет падать, т.е. мы получаем зависимость

аналогичную зависимости между производительностью предельного рабочего

и количеством нанятых рабочих. Производительность первой единицы

капитала наибольшая, производительность второй - ниже чем первой и т.д.

Величина процента определяется производительностью последней, т.е.

предельной единицы капитала. Естественно, что все, что мы сказали выше

по поводу заработной платы вполне приложимо и к этой схеме

"объясняющей" величину процента, поэтому не будем повторяться.

   Очевидно, что величина процента определяется количеством

предлагаемого капитала (подобно тому, как величина заработной платы

определяется количеством занятых рабочих). Спрашивается чем

определяется предложение капитала? На этот вопрос Карвер пытается дать

ответ.

   Если я обладаю некоторым доходом достаточной величины, то какую-то

часть этого дохода я, вероятно, безо всякого ущерба для своего

потребления могу сберегать и тем самым превращать в капитал. Величина

этого сбережения зависит, очевидно, о того как я оцениваю свое будущее.

Если я недооцениваю будущее, то мои сбережения будут минимальны, в

противном случае они будут более значительны (вспомните теорию

Бем-Баверка). Итак, недооценкой будущих благ определяется величина

некоторого первоначального сбережения. Для того, чтоб увеличить

сбережение сверх этой величины, я уже должен урезать свое потребление,

а подобный образ действий уже нуждается в вознаграждении, иначе он был

бы бессмысленным. Если воздержание от потребления должным образом

вознаграждается, то оно будет происходить и тем самым будет создаваться

капитал (вспомните теорию воздержания). Доход, приносимый капиталом,

должен, очевидно не только возмещать сам капитал, изнашивающийся в

процессе производства, но и доставлять некоторый излишек, который и

служит наградой воздержания. Этот излишек и есть процент. Если он

уменьшается, то происходит сокращение капитала, и, соответственно, его

предложения, и наоборот. Таким образом мы вновь обнаруживаем "обратную

связь": процент определяется предложением капитала, но само это

предложение определяется величиной процента. Эта мысль так же не нова,

но Карверу удается соединить теорию воздержания - ожидания - сбережения

с теорией Бем-Баверка (оценки настоящих и будущих благ) и теорией

предельной полезности. Ни одна из этих теорий не становится более

истинной и глубокой от того, что механически соединяется с другой но

само по себе их обилие создает некоторую видимость содержательности.

Карвер не столько пытается решить проблему, сколько подвести какой-то

итог всем уже существующим ее решениям и связать их воедино. В

известном смысле ему это удается, насколько это вообще возможно в

рамках ЭКОНОМИКИ (economics, которую следует отличать от политэкономии)

переступить за кои, кстати сказать, Карвер и не помышляет. Но тем самым

его теория показывает насколько тесны и узки эти рамки. В лучшем случае

они позволяют нам получить некоторую механическую совокупность

различных теорий процента между которыми если и выстраивается какая-то

связь, то весьма поверхностная.

 

ДАЛЕЕ

 



Hosted by uCoz